Реплики Антон Швец 2

Усім привіт! В ефірі програма «Репліки». Цього разу знову гостем нашої програми буде Антон Швець. Ми вирішили обговорити питання передачі Верховною Радою на розгляд РНБО санкцій щодо каналів «112 Україна» та «NewsOne».

С: Начали ми с того, что Верховная Рада все-таки переложила с себя полномочия. Насколько это вообще было правомочно и логично?

Ш: А это очень логично с точки зрения украинских реалий, потому что, действительно, Верховная Рада занимается принятием законов или законов о создании тимчасової слідчої комісії. Але. С точки зрения украинской логики все было сделано правильно: они получили петицию, передали тому, кто мог ее решать – Совету национальной безопасности и обороны. И санкции у нас вводятся решением именно этого Совета. Но, с моей точки зрения, исходя из мирового опыта, например, американского, я бы выступал за то, чтобы Верховная Рада как коллективный орган и орган явно выборный, в отличии от СНБО, потихоньку перетягивала на себя инициативу по принятию санкций и всячески развивала позицию от том, что у нас санкции идут в контексте действий законодательной власти по аналогии с Америкой, где это реализует Конгресс и его специальные комиссии. Но в связи с объективными условиями формирования украинской Верховной Рады. Поэтому решение мне не очень нравится, но оно абсолютно правомочное, оно абсолютно логичное: значит, вот они получили петицию, они передали ее в ВР, теперь они смогут что-то решать.

С: Второй вопрос, почему Верховная Рада у нас не примет закон, который регламентировал бы деятельность СМИ более четко, более прозрачно, менее бюрократично по сравнению с тем как это сейчас?

Ш: Это, на самом деле, очень плохая идея с моей точки зрения, потому что в данный момент свобода слова у нас строится на том, что государство пока не до конца регламентировало эту систему. Конечно, мы должны признать простую вещь. Мы не Россия, у нас невозможно создание ситуации, и нет того инструмента, того ресурса, который позволяет узурпировать на основе владение этим ресурсом всю политическую систему, но, тем не менее, каждый шаг узурпации в этом направлении приводит к негативным последствиям, которые будут прочувствованы нашей страной. То есть я считаю, что вместо идеологии принятия общих решений, которые, наверняка, будут не проведены, мы должны перейти к идеологии точечного воздействия, вроде воздействия отдельно на «112 Украина» и «NewsOne», или воздействия отельного на «Интер», или воздействия отельного на «112». Причем, на острие этого процесса мне опять таки хотелось бы видеть Верховную Раду как орган выборный, а не СНБО. Это связано с возможностью получения критики от Запада, поскольку критиковать, собственно говоря, Верховную Раду как выборный орган абсолютно невозможно, потому что этот орган репрезентует желания людей. А критиковать СНБО как орган назначаемый — возможно.

С: Собственно, насколько велика вероятность, что РНБО попытается принять вот это промежуточное решение, сославшись на изменения в руководстве или еще каких-то…

Ш: Если Петр Алексеевич Порошенко и Турчинов решать принят некое промежуточное решение, решат, что они имеют возможность изменить редакционную политику каналов «112 Украина» и «NewsOne» угрозами, а не их закрытием, — это будет страшной ошибкой, которую не поддержат большинство сторонников ни Турчинова, ни Порошенко. Как говорил Толеран: «Подобное хуже, чем преступление». Это ошибка по одной просто причине. Большинство людей, которые поддерживают эту петицию, продвигая эту петицию совершенно не готовы и не понимают механизм перехвата воздействия. То есть, решение о том, что телеканалы «NewsOne» или «112 Украина» изменят редакционную политику в сторону более патриотической, не будет поддержано ни сторонниками Петра Алексеевича Порошенко, Турчинова, ни будет воспринята постоянной аудиторией этого канала и не приведет к изменению их мнения. Проще говоря, это просто выльется в потерю очередных процентов электорального рейтинга.

С: Насколько это принятое решение может повлиять на бывших власників этих телеканалов – Медведчука, Мураева и других, которые очень таки критично относятся к нынешней власти и вообще к тому, что происходит.

Ш: Нужно понимать, что все эти люди находятся здесь не в результате их личных качеств, а в результате каких-то больших договоренностей, которые имеют место на общем рынке политической активности и, собственно говоря, являются одним из элементов гибридной войны. Война является гибридной и проходит в той форме, в которой проходит по одной простой причине – присутствие этих людей в политическом поле. Когда мы их удалим из этого политического поля, мы увидим эскалацию конфликта в каком-то виде: может быть бомбежки Киева, может быть обострение на линии соприкосновения, может быть какие-то экономические санкции или хакерские атаки, или убийство активистов, или что-нибудь вроде этого. Вот. Именно присутствие этих людей является признаком гибридности этого конфликта. Они как бы есть, они будут возвращать каких-то пленных, их как бы пускают на эфиры, им позволяют иметь какие-то каналы, поэтому мы не воюем в полный рост с общей мобилизацией, с осадными пайковыми нормами и со всем остальным. Но для этих людей перспективы не могут быть никакими по одной простой причине, они являются исполнителями, они не являются субъектами, они являются объектами этой игры. Есть какой-то российский куратор, который отвечает за украинское направление. Какое мнение, перспективы, желание и все остальное имеет Мураев, Рабинович, Медведчук и все остальные не имеет никакого значения. Как минимум, все вышеперечисленные являются вообще не игроками и не субъектами. Некоторую субъектность имеет там Ахметов, но не Новинский и все остальные. Поэтому, какие для них лично будут перспективы, предсказать вообще невозможно, если ты не являешься их куратором. Какое они видят для них будущее – такое и создадут, если они не видят никакого – они никакое и создадут.